Ирина Гринева: «Моей первой любовью был Янковский»

Одной из самых ярких пар телепроекта «Две звезды-3» на «Первом канале» стал дуэт Григория Лепса и Ирины Гриневой. Для Ирины это был первый подобный опыт в жизни. Про творческие и жизненные трудности актриса откровенно рассказала корреспонденту «ТВ7».

― Ирина Анатольевна, вас все знали как серьезную драматическую актрису, которая играет сильных женщин ― Марину Мнишек, Офелию, Саломею, Антигону... И вдруг вы запели! Откуда взялись голос и слух?

― В детстве я пела голосом Людмилы Зыкиной. Вернее, мне так казалось. Приходили гости, я вставала на стульчик и пела «Течет река Волга» или «Стою на полустаночке». И знала, что я и Зыкина ― народные артистки. Просто я скрывала свой дивный голос в детском саду. Но не могла долго терпеть. А меня в хоре ставили всегда в последние ряды. И все-таки однажды запела громко, как Зыкина: «Мы веселые ребята, мы ребята-октябрята». Рассчитывала, что сразу станет ясно, кто из нас ― настоящая певица в детском саду. Но меня взяли за шиворот и вывели за дверь. На этом закончилась моя вокальная «карьера». Не считая концертов перед бабулей, которые домашние называли «В рабочий полдень». Вот и весь мой певческий опыт. Я вообще-то, наверное, не согласилась бы петь и в «Двух звездах», если бы не провидение. Я пришла с друзьями в ресторан, там ― огромный телевизор, который я дома почти не смотрю. И вдруг вижу клип «Она не твоя» певца Григория Лепса, которого до этого не знала. Его голос, манера исполнения мне очень понравились, я все вслушивалась в интонации, тембр, текст. Я спросила друзей: «Кто это, такой брутальный?». А мне в ответ: «Как, ты не знаешь?!». И я подумала: «Надо запомнить это имя!». А когда ехала домой, раздался звонок: позвонили с «Первого канала» и предложили спеть дуэтом... с тем самым Лепсом. Я не знала, как я буду петь, но мне захотелось выступать с ним на одной сцене. Конечно, я себе представляла все иначе: долгие репетиции, много дублей. Но репетировать мы не могли по причине болезни Григория и снимали все с первого раза. Так что я просыпалась и засыпала под голос Лепса, самостоятельно занималась с педагогом по вокалу. Для меня это был подвиг ― вот так выйти на сцену. А петь с ним сможет не каждая профессиональная певица. У Григория ― особые голос, манера исполнения. Вообще, это бесценный опыт, думаю, он мне еще пригодится.

― Это ж сколько у вас различных талантов?! Вы и на драматической сцене блистаете, и в кино играете, и поете теперь на «Первом канале». Я знаю, еще и сказки детские нередко пишете...

― Сказки же я начала писать лет пять-шесть назад, еще до того, как они стали модным литературным жанром. Я не относилась к этому серьезно до тех пор, пока меня не пригласили читать сказки на радио. Были хорошие отзывы, друзья потом звонили и удивлялись, как здорово получилось в итоге. И я решила продолжать писать. Сейчас рисую иллюстрации к ним
 

С ДЕТСТВА ДУМАЛА, ЧТО Я ― ОСОБЕННАЯ

― Мало кто знает, что вы могли стать хорошей балериной. Почему не срослось в итоге, что помешало? Я слышал, что даже лучший хореограф Парижа Режис Обадиа, с которым вам довелось работать, видит в вас звезду танца и очень хвалит!

― Геннадий Абрамов ― мой педагог в классе экспрессивной классики Школы А. Васильева ― говорил: «Гринева, вы вошли не в ту дверь, вам нужно было быть балериной. В танце вы можете намного больше, чем на сцене». И я всегда пыталась доказать ему обратное. Хотя для балета у меня были все данные, но мое сердце всегда принадлежало драматическому театру. Когда я училась во втором классе школы, увидела объявление о наборе в знаменитую Академию русского балета имени Вагановой. Пошла на конкурс одна. Я была в лыжных малиновых с начесом штанах, тогда как остальные девочки пришли в купальниках, показывающих все достоинства фигуры, и балетных юбочках. Они все были подготовленными, а я даже элементарной профессиональной терминологией не владела. Но когда мы стали у станка «кидать» батманы, внимание комиссии сосредоточилось на мне, потому что у меня был самый высокий шаг. Меня попросили показать программу. От предыдущей девочки я слышала слово «Адажио». «Тогда я тоже отвечу «Адажио», ― решила я. Импровизировала что-то под «Вальс цветов». В итоге меня взяли одну из этой группы. Педагоги стали убеждать родителей отдать меня учиться балету. Но бабуля не захотела, чтобы я жила в интернате в чужом городе. Хотя жизнь меня всегда возвращает на дорогу танца.

― Зато в итоге все равно вышло по-вашему ― из родной Казани все-таки бежали... И добраться до Москвы в отличие от чеховских трех сестер вам удалось. Хотелось просто вырваться из провинции или стать именно столичной звездой?

― Я всегда знала, что буду жить в Москве и буду актрисой. Мною двигало не только желание, но и любовь. Дело в том, что мне очень нравился Олег Янковский. Я увидела фильм «Влюблен по собственному желанию» и решила: стану актрисой, буду сниматься в кино и буду его женой. Именно с этими радужными мыслями и собралась в Москву. Взяла бабулину пенсию, большой чемодан, потому что уезжала навсегда. И поехала. Поступала во все вузы сразу. Жила на Казанском вокзале. Но никуда в итоге не поступила. Когда я не прошла в ГИТИС, была в недоумении. В Школе-студии МХАТ долго искала свое имя в списках ― и не нашла. Думала, что произошла какая-то ошибка. Шла по Тверской только с одной мыслью: «Как же они без меня? Потом ведь будут жалеть». Шок наступил, когда я и в «Щепку» не прошла. Увидев мое отчаяние, жена Соломина Ольга Николаевна посоветовала: «Деточка, ты еще успеешь на поезд в Ярославль, там тоже есть очень приличный театральный вуз, только поменяй программу». А программа у меня было исключительно патриотическая ― стихи Юлии Друниной, Мусы Джалиля. Я их читала в Казани на День Победы под слезы ветеранов. Но на театральную комиссию в Ярославле они должного впечатления не произвели. Снова ― провал. Тогда я села под лестницей и так горько заплакала, чтобы Бог услышал. Проходивший мимо студент четвертого курса стал успокаивать: «Раз уж так сильно ты хочешь стать актрисой, я уговорю своего педагога еще раз тебя послушать. Вдруг просто не разглядели». Я читала детские стихи, басни, танцевала... И в итоге меня приняли!

― Как оказалось, не зря. Сегодня у вас за плечами более тридцати драматических ролей в театре, множество ― в полнометражных лентах, сериалах. Почувствовали ли себя популярной, известной?

― Как-то произошел показательный случай. Я опаздывала в театр на репетицию, поймала такси. Водитель поинтересовался, кем я работаю в театре:

― Наверное, гримером?

― Нет, я актриса.

― Может, ты еще и в кино снимаешься?

― Снимаюсь.

― А где играешь?

― Вот сейчас на «Первом» сериал идет «У. Е.», там у меня главная роль. Видели, конечно?

― Не может быть! В «У.Е.» есть только две актрисы: одна ― брюнетка, а другая ― красавица. Вас я там не наблюдал.

― Несмотря на то, что этот водитель не узнал, ваше лицо украшает обложки глянцевых журналов, вами восхищаются, в вас влюбляются... Знаю, что внешние данные у вас ― от мамы.

― Да, она была красавицей и большой модницей ― очень эффектно одевалась: в шляпы с вуалями, в меха. Всегда ― с иголочки! Папа очень хорошо зарабатывал, и для каждого нашего выхода «в свет» ― в театр или кино ― мне шили платья, гармонирующие с мамиными нарядами. Мы шли хорошо причесанные, в лаковых туфельках, с изящными сумочками. На улице у мамы даже брали автографы! Поэтому с детства я думала, что мы с мамой какие-то особенные ― артистки.

― Как удавалось сохранить свою «особенность» и неповторимость, когда вы поселились в съемной квартире на окраине Москвы в Беляево?

― Беляево, может быть, и хороший район, но там, где жила я, ― сплошь серые пятиэтажки, подъезды со шприцами, около дома ― пивной ларек и люди какие-то напуганные. Чтобы как-то отделить себя от этой унылой картины, я всегда выходила из дома только «при полном параде» ― в бархатном вишневом платье, на высоких каблуках, со шлейфом дорогих духов. Будто бы я ― Марлен Дитрих на фронте. Всячески старалась поскорее выбраться из этого спального района, потому что для меня Москва ― это только центр. Все остальное ― как Казань, из которой я уехала.

― А сегодня вы купили квартиру в центре Первопрестольной. Наверное, помогли гонорары за фильмы, в которых вы активно снимаетесь. Ведь, насколько я знаю, театр для вас никогда не был источником заработка, оставаясь делом «для души» и нивой для экспериментов. Кстати, а как приняли вас поначалу в кино именитые актеры?

― Настороженно. Вспоминаю первый съемочный день в своей дебютной картине «Дом для богатых». В гримерной меня увидел Валентин Гафт, который должен был стать моим партнером в этой ленте. Спросил, кто я такая, а потом вздохнул обреченно: «Сколько же неизвестных актеров!».

Я ХОТЕЛА УЙТИ В МОНАСТЫРЬ

― Вы, знаю, не очень любите это вспоминать, но, как говорится, из песни слова не выкинешь. Я про то, что узнаваемости, славы и востребованности могло у вас вовсе и не быть, поскольку в юности собирались уйти в монастырь... И насколько это было серьезно?

― Мне было тогда всего 18 лет, я училась на втором курсе театрального института и решила уйти в монастырь. Приехала в Торжский женский монастырь, пошла на послушание, взяла благословение у игуменьи... Все было очень серьезно. Но я не продеражалась и недели. Просто поняла, что не смогу остаться там на всю жизнь.

― Как сложно представить такую жизнелюбивую красавицу монахиней! Наверняка, вниманием мужчин вы не обделены? А готовы жертвовать ради любви?

― В детстве мама мне на ночь часто читала роман «Евгений Онегин». Наверное, потому мне и казалось, что любовь может быть только как там: писать на оконном стекле зимой любимое имя, получать письма, рвать их и потом долго плакать. Когда же ко мне самой внезапно пришла любовь, то все вдруг изменилось. Она научила меня жертвовать и перевернула всю жизнь, представления о ней, мироощущение. Любовь ― это всегда жертва, это когда уже нет «меня», а есть «мы». Хотя, признаюсь, от безответности чувств я никогда не страдала. Мне всякий раз казалось, что наконец-то встретила мужчину всей жизни.

― Даже когда шесть лет вы были женой знаменитого и модного нынче режиссера Андрея Звягинцева?

― Я могу рассуждать на тему любви, но не буду говорить о моей личной жизни.


Феликс Грозданов
http://tv7.ru

 

'; echo $sape->return_links().' '; echo $linklink->return_links().' '; echo $linkfeed->return_links(); echo ''; ?>