Ирина ГРИНЁВА: из монахини в актрисы

Ирина Гринёва — женщина с огромной силой воли, она знает, чего хочет, и никогда не отступится от своей цели. Для того чтобы осознать, что её призвание — сцена, ей пришлось некоторое время пожить в монастыре. Гринёва очень женственна, пластична и по-настоящему талантлива. Актрису огорчает, что приходится сниматься в сериалах, и с особым трепетом она мечтает о роли Жанны д’Арк.
— Ирина, вы говорили, что ни разу в жизни не испытывали безответной любви.
— Да. Пока да. Если уж я влюблялась, то мне обязательно отвечали взаимностью. Это всегда были мужчины моей жизни. Но замуж я пока не спешу.
— Вы как-то заявили, что вам никогда не приходилось пускать в ход своё обаяние, кокетничать. Неужели это правда?
— Просто у меня настолько насыщенная творческая жизнь, что в быту нет ни времени, ни желания это делать. Я всю себя отдаю театру. Когда одновременно играешь Офелию и Антигону — это сумасшествие, и в жизни уже не до гламура.
— Ирина, вас пригласил в свой проект известный английский режиссёр Деклан Доннеллан. Вы уже играли у него в «Борисе Годунове», теперь он предложил роль в «Трёх сёстрах»...
— Да, он меня увидел в роли Маши. Эдакой одинокой звёзды, которая живёт не в том городе, встречается не с теми мужчинами... Всё лето мы репетировали на Селигере, изучали быт того времени. Премьера состоится в Париже в апреле. А Москва увидит «Три сестры» только в июне.
— У вас очень печальные глаза...
— Я склонна к некоторой печали, хотя пытаюсь её развеивать.
— Как боретесь с депрессиями?
— Молюсь. Депрессия — это совершенно излишняя роскошь для человека, с ней надо бороться как с врагом.
— Я знаю, что однажды вы решили уйти в монастырь. Сколько времени вы там провели?
— Эту историю мне, конечно, не хотелось бы афишировать, даже не знаю, откуда информация просочилась. Не такой уж это великий поступок, о котором нужно писать. К тому же тогда это был юношеский порыв. Я просто искала истину, задавалась вопросом: «Зачем я живу?». Пробыла я в монастыре совсем недолго и поняла, что стать монахиней не моё призвание. Зато именно в Торжском монастыре я поняла, что, только став актрисой, буду счастлива.
— Как родители отреагировали на ваш поступок?
— Родители об этом даже не знали, так как жили в Казани, а я училась в Ярославле.  К тому времени я уже закончила второй курс театрального института, но а бабушка конечно, всегда волновалась по поводу моего религиозного настроя.
— А что для вас было самым тягостным во время жизни в монастыре?

Вставать в пять утра, молиться по 4 часа на утренней службе, смирять себя, все было тяжело. И еще осознавать, что я себя обманываю  

 

 

'; echo $sape->return_links().' '; echo $linklink->return_links().' '; echo $linkfeed->return_links(); echo ''; ?>